Previous Entry Share Next Entry
про Подрабинеков
victorsanchuk
МОСКОВСКИЕ РАДОСТИ
24 апреля – день рождения Кирилла Подрабинека. Два года назад были у него в Электростали с Сашей. Пока вечеряли, Татьяна – Кириллова жена стала рассказывать, как на протяжение долгого уже времени периодически ездит, если вдруг ей случается на что, в Коми. Там бывший тюремный лагерь в Абези, описанный еще в 70-х Анатолием Ванеевым («Два года в Абези» изд 1990). Там неухоженное кладбище зеков, где похоронены в частности Николай Пунин и медиевист, философ Лев Карсавин, а еще много бывших литовских и латышских офицеров, посаженных после аннексии Прибалтики Советским Союзом. Даже один литовский генерал, опекавший Карсавина и его похоронивший (Карсавин же был арестован и привезен из Вильнюса, где, после Каунаса (28-40) профессорствовал в университете, и всю немецкую оккупацию, и даже потом еще, до 49-го, а в 50-ом был репрессирован…).
Вот бы, - сказала тогда Татьяна, - где-нибудь хоть немного денег достать, памятник обновить, и кресты на могилах поставить…
Я сказал: так может по этому поводу с Йозасом Будрайтисом связаться, он атташе Литовской республики в Москве.
(Мне же с чудесным Йозасом посчастливилось познакомиться году в 99-ом, на неком литературном скопище в Переделкино, организатором которого он был среди других посольских культурников Балтии. Позже, бывая в Москве, наобум порой забредал к нему в Дом Балтрушайтиса выпить с красивейшим из людей чашку кофе на Поварской, там он больше десяти лет заседал в качестве этого самого атташе, и очень много сделал для русско-литовских связей, дружб и культур).
Болтанул я тогда, два года назад, так на Кирилловском дне рождения, про «кореша своего – Будрайтиса» и забыл, конечно.
Но не тут-то было! Стала меня Татьяна по мобиле тревожить: «позвони ему, да позвони, ты же обещал…» Делать нечего, позвонил-таки в последний день своего в тот раз наезда в первопрестольную г-ну культурному атташе Литвы Будрайтису, сказал все, что надо, то есть просто попросил у Йозаса разрешения, чтоб упорная Татьяна сама к нему теперь обращалась, да и отбыл. На свободу с чистой совестью.
Прошел год. Был очередной ДР Кирилла. Опять мы с Сашей.
Татьяна вся в возбуждении: дела пошли! Оказалось, связалась она тогда с Йозасом, пришла в тот Балтрушайтовский дом, все объяснила. Будрайтис, правда, с многолетней своей должности уже уходил, в Литву возвращался, как ни молили его посольские еще побыть на посту. Но, уходя, «передал», оказывается, Таню своему преемнику – новому молодому атташе по имени Донатас.
И развернулись они, Татьяна с Донатосом, с тех пор с энергией упертых неофитов! И слились в счастливом совпадении общего устремления и восторга свершений! И денег достали, и в Коми ездили, и там сошлись с местными людьми – хранителями, блюдущими из последних, кстати, средств и сил память тамошних убиенных и обихаживающими их могилы. И – что для нас существеннейшее – устроили все в том же московском доме поэта Балтрушайтиса вечер памяти Льва Платоновича Карсавина.
Вечер памяти Карсавина (весной 2012) был прекрасный! Событие! Настоящее. И доклады: и историко-биографические, и философские, и из Москвы, и из Литвы, и из Коми (кстати, по-моему, лучшие)… И, между прочим, впервые, кажется, на таком важном уровне вернули они, организаторы, России имя, интерес и, стало быть, наследие одной из крупнейших фигур Серебряного Века и вообще европейской мысли ХХ столетия – Л. П. Карсавина. И многие из Московской литовской диаспоры были. И русско-литовскую дружбу там крепили. Наконец-то! (И вопреки делам и словам повсемирных засранцев, наверху, во властях разных плавающих, и ее, дружбу, в том числе, как и все прочее на планете, собой портящих и гунявящих)…
Минул еще год. Очередной день рождения Кирилла. 2013. Я был у них с Таней в Электростали. Один на этот раз. Чудесно посиживали. Таня рассказывала, как еще пуще с тех пор все эти радостные и радужные дружбы и взаимосвязи расцвели. Как на этом фоне прямо-таки стали крепнуть всякие деловые дела у европейской Литвы с российским Севером… Как пошли «визиты», «обмены» и прочее… Как кладбища обихаживают. И Карсавина помнят, читают и «продвигают»…
И потом говорит: вот, кстати, на днях – прием у Литовского посла. Симфонический оркестр будет (Таня музыкант и музыковед), и мы с Кириллом приглашены. И, как раз ты приехал. Я завтра Донатасу позвоню, попрошу чтоб тебя тоже в список приглашенных внесли. Ведь всё, - она говорит, - благодаря тебе получилось, ты же нас тогда с Йозасом свел! Я всем об этом рассказываю!...
Я говорю: да что ты несешь! – (хоть, конечно, мне лестно очень стало) – но что за фигня! Что за заслуга?! Прекрасно, что все так сложилось, но моей-то «работы» было: один телефонный звонок и три минуты разговора, совпало все просто удачно, да и то после пятого, наверное, твоего же грозного напоминания… А на вечер пойдем, конечно! Уай нот?!
И вот третьего дня тревожный звонок. Таня.
«Виктор! Случилось ужасное! Если можешь, прости нас! Тебя не включают в список приглашенных! Они уже утверждены, и изменить ничего нельзя! Донатас сказал, что поздно уже… Я сказала: вычеркните тогда Кирилла или меня, пусть вместо – придет Виктор! А Донатас говорит: вместо Кирилла может быть только Кирилл… Ничего не получится! Ну, мы, конечно, теперь тоже идти отказались!...Где это видано!... Стыдоба какая! Прости!»
Я, которому при этом еще сколько-то времени потребовалось, чтобы просто вспомнить, о чем собственно речь, куда это мы завтра идти собирались, говорю: Таня! Ты что, совсем чокнутая?! Ну почему же надо от чего-то отказываться, куда-то не ходить, если кого-то еще, кроме тебя, не зовут? Да и не в теме я совсем! И приехал сейчас случайно, и если б не этот день рождения Кирилла, то так бы и не узнал об том всем. И обо мне бы никто не услышал, почему же они звать меня должны были? И не смей даже думать от чего-то из-за такой глупости отказываться! Иначе и я с вами вместе сумасшаем оказываюсь!
Она говорит, неуверенно так: «Да? Ну, не знаю… Ты Кириллу скажи, иначе он точно без тебя никуда не пойдет!»
Вызывают к аппарату Кирилла. Я ему говорю: твоя баба психованная! И ты! И все ваше семейство Подрабинековское! Со всеми вашими кодексами пацанскими и долгами чести! И шизофрения, кстати, заразительна! И если вы только такой демарш устроите, то не буду больше вовсе даже с вами, психами, дружить, чтоб просто самому не съехать! И не помнил я даже до этого Таниного звонка-напоминания, что зван на какой-то посольский вечер. И вообще музыку если уж слушать, то предпочитаю в других учреждениях и обстоятельствах. Все как есть, и как на духу.
Разрешился-таки в конце концов вопрос положительно, слава Создателю… Согласился Кирилл. С неохотцей так… Я еще подумал: это, как тот самурай, который тридцать лет после перемирия вел в каких-то джунглях в одиночку партизанскую войну, потому что непосредственно ему приказа сложить оружия не было, и долгу изменить нельзя, и потребовался личный указ микадо, чтобы он наконец подчинился и утихомирился…
Смешно! Правда?
Но как же я люблю и бесконечно ценю этих людей! Просто руки им в сердце своем целовать готов! (пардон за пафос).
И кстати, видел вот книжку одну «Дух самурая – дух Японии» называется. О чем – не знаю, просто название мельком заметил, а сам не прочел. А все же полагаю, что никогда не было бы без них, без тех самураев, в Японии ни Басё, ни Хокусая, ни Панасоников с Лексусами.
Да и, наверное, сам Л. П. Карсавин со мною бы в том согласился, хоть и спец он был по Западному средневековью.
P.S.
А вот, кстати, и случай скоро будет уточнить, расспросить специалистов – теперь уже по наследию самого философа… Только что вновь говорил по т. с Татьяной Подрабинек. Она рассказала, что при правительстве Коми республики с участием Литовской стороны решено учредить со следующего года международные Карсавинские чтения. Будут они проходить в Инте, или непосредственно в Абези. Саму ее просят быть председателем оргкомитета. Сопряжено все это будет с мемориалом Советского ГУЛАГа. Так что, всех, интересующихся русским духовным наследием прошлого века, а также историей советских репрессий милости просим к участию и сотрудничеству.

  • 1
Спасибо за информативную и теплую картину из жизни достойных людей!

  • 1
?

Log in